Летом 2022 года Творческая лаборатория для людей серебряного возраста музея-заповедника «Царицыно» придумала очень трогательный проект – «Цветы моего детства». В специально подготовленные клумбы были высажены растения, с которыми связаны детские воспоминания участниц проекта – лиричные, смешные, забавные. Мы в буквальном смысле «прорастили» их воспоминания, и все лето и цветы, и истории радовали посетителей царицынского парка.
Не меньше они радовали и нас. Поэтому проект решено было сделать регулярным. Но повторяться не хотелось, поэтому мы придумали продолжение. В этом сезоне представляем культурологическое исследование, проведенное участниками Творческой лаборатории для людей серебряного возраста. Его главная героиня – гвоздика, цветок, который, по-нашему общему мнению, незаслуженно недооценен. И без личных историй, конечно, тоже не обошлось!
Читайте эссе и приходите смотреть, как растут высаженные нами гвоздики на лужайке между Первым и Вторым оранжерейными корпусами.
Конечно же, начнем с древнегреческих мифов. Однажды богиня Артемида, которая славилась буйным нравом, возвращалась домой после неудачной охоты. По пути она повстречала пастушка, играющего на свирели. Разгневанная богиня обвинила юношу, что он своей музыкой распугал всю дичь и набросилась на него. На земле, там, где пролилась кровь невинного человека, выросли ярко-красные гвоздики.
Во многих культурах гвоздика ассоциировалась с пролитой кровью или становилась символом мужества, «цветком борьбы», памятным знаком. Во время французской революции 1793 года идущие на эфашот роялисты вдевали в петлицу красные гвоздики – символ того, что они отдают жизнь за своего короля.
Латинское название гвоздики – Dianthus, «цветок Зевса» или «божественный цветок». В русский язык название пришло из польского, а в польский – из немецкого. Оно было дано растению из-за его сходства с пряностью – высушенными бутонами гвоздичного дерева. В христианской символике красная гвоздика напоминает о крестном страдании Христа. Изображение ее на одеянии Богоматери выражает христианское понимание любви.
В ряде европейских культур гвоздика стала своеобразным оберегом для влюбленных. Невеста получала красный цветок в день помолвки; девушки дарили гвоздики возлюбленным, уходящим на войну. На Ближнем Востоке гвоздика символизировала благополучие и благоденствие в доме; изображения этого цветка на турецких и персидских коврах, тканях, посуде – древняя традиция. Символом любви и чистоты считалась гвоздика у немцев и англичан. В поэзии многих народов алая гвоздика символизировала любовную страсть.
Древнегреческий натуралист Теофраст назвал гвоздику цветком Зевсовым (Dios anthos) – отсюда происходит латинское название рода многолетних растений семейства Гвоздичные (Dianthus). Какое конкретно растение из десятков видов он имел в виду, неизвестно, но в любом случае «божественный цветок» был низкорослым, с узкими листьями и пятью маленькими немахровыми лепестками.
На юг Европы гвоздика попала в конце XIII века – с крестоносцами. Вместе с ними, вероятно, пересекла и Ла-Манш. В хрониках есть рассказ о гвоздичном настое, который спас от эпидемии стоявшее в Тунисе войско французского короля Людовика IX Святого. Несмотря на путаницу в терминах (античные и средневековые натуралисты оставили противоречащие описания), изображения типа Hortus conclusus («сад, обнесенный оградой», в котором изображались Богородица, святые девы, благородные девушки и юноши, а также дамы с единорогами) свидетельствуют, что в XIV веке гвоздику уже выращивали в садах.
В XV веке гвоздика оказалась в христианском гербарии. Белые цветы изображались в руках невинных мучениц, красные символизировали божественную любовь и страдания. Розовые гвоздики в руках Богородицы и младенца Христа на полотне Рафаэля («Мадонна с гвоздиками») отсылают к апокрифу о материнских слезах, падавших на цветы у подножия креста.
Из символа материнской любви гвоздика вскоре становится символом любви супружеской. Гвоздики стали появляться на портретах женихов или невест как обещание верности в браке. Подтверждение этому можем увидеть в работах Гольбейна, Дирка Якобса, ван Эйка и Отто Дикса.
Заметной лирической героиней в русской поэзии гвоздика не стала, но некоторые поэты все же уделили ей внимание. Первое упоминание специалисты обнаружили в стихотворении «В сем месте море не лихо…» Василия Тредиаковского из романа «Езда в остров любви» (1730). Затем она появляется в «Моей богине» Василия Жуковского (1809) и «Дамоне» Антона Дельвига (1821).
Иногда гвоздика все же играет первую роль:
Константин Бальмонт
…Мне понятно, о чем так гвоздика мечтает,
Почему лепестки опьяненному солнцу она подставляет;
Вижу, вижу, вливается золото в алую кровь
И теряется в ней, возрождается вновь,
Взор глядит – и не знает, где именно солнце,
Где отливы и блеск золотого червонца,
Где гвоздики девически-нежной любовь…
Сергей Есенин
Лугом пройдешь, как садом,
Садом – в цветенье диком,
Ты не удержишься взглядом,
Чтоб не припасть к гвоздикам.
Константин Бальмонт
Когда расцветают гвоздики в лесах,
Последние летние дни истекают.
В гвоздиках июльские дни замыкают
Ту юную кровь, что алеет в лучах.
И больше не вспыхнут, до нового года,
Такие рубины, такая свобода.
Во второй половине XVIII века из Турции в Европу пришел особый язык – язык цветов, который на восточный манер называли «селам». Турецких женщин не обучали грамоте, и чтобы общаться с возлюбленными, они придумали отождествлять цветы с разными символами. В 1717 году жена британского посла в Стамбуле Мэри Уортли Монтегю описала тайный язык любовной переписки «селам», или «язык предметов и цветов», в своих письмах. В XIX веке этот язык попал в Россию. В 1830 году была опубликована книга Дмитрия Ознобишина «Селам, или Язык цветов», которая стала невероятно популярной. Вот что могут сказать гвоздики на языке «селам»:
– белая гвоздика – «верь мне»
– дикая гвоздика – «меня томит к тебе любовь»
– пушистая гвоздика – «о. милая, скромная девушка!»
– полевая гвоздика – «ты прекрасна»
– полосатая гвоздика – «я для тебя потеряна»
– пёстрая гвоздика – «как могу я забыть тебя»
– странная гвоздика – «не дуйся так сильно, можешь лопнуть»
– турецкая гвоздика – «немного тебе подобных»
В СССР невероятно популярна была песня «Красная гвоздика» Аркадия Островского на стихи Льва Ошанина. Вот как об ее создании рассказывал автор, Лев Ошанин: «Песня была написана в 1964-м, но через два года ее перепечатали столько газет, столько создалось клубов «Красная гвоздика», что невольно создается впечатление великовозрастности песни. Ярославцы мне, например, рассказали, что на областной смотр самодеятельности ее привезли, не сговариваясь, все районы области. В чем тут дело? В том, что уж очень хорошая песня или есть еще какие-то причины? Песня, видимо, получилась, поскольку ее поют, но думаю, что дело глубже.
У нашей молодежи велик интерес к революционным традициям, к революционной романтике. Но эти традиции, эта романтика только тогда по-настоящему волнуют сердца, когда они приходят к нам не в виде сухого перечня событий, а в живых, полнокровных образах.
И вот гвоздика, знакомый и дорогой цветок любви и тревоги – разве найдешь лучше символ революционной романтики! “Красная гвоздика – в петлице. Красная гвоздика – в руке. Красная гвоздика на могиле героя…”, “Красные гвоздики – подарок французских коммунистов делегатам съезда КПСС… И красная гвоздика – как дар возлюбленной…”. Вот почему мне захотелось написать песню о красной гвоздике. Я искал к ней слова негромкие, человечные. Мое глубокое убеждение, что каждая самая гражданская, самая политическая песня непременно должна быть глубоко сердечной, душевной, лирической, только тогда она достигнет цели».
Песня «Красная гвоздика»:
Красная гвоздика –
Спутница тревог.
Красная гвоздика –
Наш цветок!
А знаешь ты, что был он прежде,
Как откровенье, как пароль,
Цветком отваги и надежды
Героев первых красных зорь.
Красная гвоздика –
Спутница тревог.
Красная гвоздика –
Наш цветок!
Как весть мечты, как знак свободы
Друзей к друзьям она звала.
И сквозь расстрелянные годы
Улыбкой ленинской прошла.
В тылу врага под душным небом,
Когда ждала повсюду смерть, –
Кругом штыки, цветок под снегом,
Лишь можно было тихо спеть…
Любовь, и смерть, и кровь, и пламя
Переплелись в цветке отцов.
И вместе с нами, вместе с нами
Он в добрый, в трудный путь готов.
Красная гвоздика –
Спутница тревог.
Красная гвоздика –
Наш цветок!
1964
Гвоздика в воспоминаниях
Ковалева Наталья Викторовна
Во времена моей юности в конце 1970-х годов купить цветы было непросто. Цветочных магазинов было мало – в основном, цветы продавались на рынках. Легче всего было купить гвоздики. Мне с подругой поручили купить гвоздики на день вручения дипломов в техникуме. И мы отправились на рынок, который находился рядом с Курским вокзалом. Цветов нужно было купить много. Радостные мужчины набрали нам большой букет красных гвоздик, и мы с чувством выполненного долга вернулись в техникум. Каково же было наше удивление, когда при рассмотрении цветов обнаружилось, что головки многих из них у основания были стянуты зеленой резинкой. При снятии резинки бутон цветка разваливался и совсем не годился для поздравления выпускников техникума. Как же мы с подругой расстроились. Было стыдно, что мы плохо выполнили поручение. А главное, мы впервые столкнулись с коварством мужчин. С тех пор я не люблю красные гвоздики, они напоминают мне о том случае. Гвоздики других расцветок мне очень нравятся. Нравится их нежный и ненавязчивый аромат. День рождения моей мамы зимой, 8 января. Я каждый год дарила маме на день рождения гвоздики. Смотрю на фотографию мамы, рядом с ней стоит ваза с букетом кустовых розовых гвоздик, на сердце становиться теплее.
Зоя Михайловна Козлова
Помню из своего смоленского детства, как эта гвоздика (китайская махровая) выращивалась в 1970-е годы в пригородной теплице и была, увы, большим дефицитом, как и многое другое в то время. Позволить подарить букет гвоздик учителю мог далеко не каждый ученик. Помню, как смотрела с отцом (мать всегда была занята по хозяйству) по черно-белому телевизору демонстрации на 7 ноября, и он мне многозначительно говорил, показывая на экран телевизора: «Смотри. Смотри! Сейчас на трибуны побегут пионеры с букетами гвоздик, а обратно они будут бежать с коробками конфет, которые для них были заранее приготовлены». И так оно и случалось. Пионеры неслись с букетами гвоздик, а обратно возвращались с коробками конфет. Для меня эти пионеры были как небожители. Следующая картинка из моего палисадника перед родительски домом, где мать регулярно высевала турецкую гвоздику наряду с мальвой. А за ним – поле разнообразной гвоздики – белой, розовой, бордовой, махровой, полумахровой. А осенью собирали семена, и я хорошо помню эту рюмку из простого стекла в серванте с черными крапинками семян. Увы, нет уже родителей, нет того дома, но, приезжая иногда в Смоленск к подруге, я вижу, что вдоль новых домов очень даже часто высаживают гвоздику. Пробовала и я неоднократно у себя под окном ее сеять. Но то ли семена не очень хорошие, то ли земля им не очень нравится, то ли я цветовод не очень хороший.
Антонида Андреевна Вамеш
Перед майскими праздниками мы собирались коллективно на демонстрацию и шли с охапками гвоздик. Я была секретарём комсомольской организации и председателем профкома в цехе, и мне всегда приходилось покупать гвоздики мужчинам для поздравлений, они всегда считались мужским цветком. Профессионально оформленный букет всегда смотрелся очень торжественно, празднично и красиво. Я согласна, гвоздика незаслуженно забыта.
Светлана Алексеевна Шустова
Как-то я спросила у дочери, помнит ли она, как ей после демонстрации принесла большую красную гвоздику из гофрированной бумаги на длинной палке? Она ответила: «Конечно, помню. Ты пришла с ней в детский сад, и я так обрадовалась, что мне тоже захотелось пойти на демонстрацию». Я удивилась, что она это запомнила в таком раннем возрасте.
Галина Ивановна Макарова
Для меня красная гвоздика – символ победы в Великой Отечественной войне. Школьниками мы сами изготавливали небольшие цветки из ткани, прикрепляли их на одежду, как брошь, и шли на митинг, посвященный 9 мая. Это были торжественные линейки, встречи с ветеранами войны. Красная гвоздика – это радость победы, стихи и песни о мае 1945 года, гордость за нашу страну.
(Открытки 1980-х годов из архива Альбины Ивановны Воллейдт)
Творческая лаборатория для людей серебряного возраста в музее-заповеднике «Царицыно»:
Куратор – Ирина Николаевна Фролова
Кураторы со стороны музея:
Ольга Евгеньевна Владимирова
Юлия Александровна Киселева
Участники лаборатории:
Людмила Павловна Сергиенко
Светлана Алексеевна Шустова
Татьяна Анатольевна Патрашок
Ирина Петровна Фахурдинова
Наталья Анатольевна Белавкина
Наталья Анатольевна Москвина
Альбина Ивановна Воллейдт
Наталья Викторовна Ковалева
Наталья Владимировна Садчикова
Галина Ивановна Макарова
Марина Викторовна Мудренкова
Ирина Викторовна Мельникова
Антонина Андреевна Вамеш
Александр Сергеевич Безруков
Александр Генрихович Алексеев
Зоя Михайловна Козлова
(Открытки 1970-х годов их архива Ирины Николаевны Фроловой)
